четверг, 1 октября 2009 г.

Доктор Z и трехлучевая звезда


Агония Chrysler - одного из крупнейших в мире автопроизводителей - длилась без малого 10 лет, в течение которых реанимировать компанию пытались дважды. В сухом остатке этих попыток – убытки, исчисляемые десятками миллиардов долларов и… один из феноменов современного менеджмента: человек, не сумевший спасти Chrysler Group, по-прежнему остается одной из самых влиятельных фигур в мировом автомобилестроении.


Его зовут Дитер Цетше (Dieter Zetsche). Ныне он – глава группы Mercedes-Benz Cars и председатель совета директоров концерна Daimler AG. Внешне типичный немец, он исключительный специалист в своей области. Звезда нашумевшей в США рекламной компании; «человек семьи», прошедший на посту главы одного из ведущих автопроизводителей через крушение надежд… По-другому его можно кратко отрекомендовать так: человек, работающий на благо трехлучевой звезды вот уже 33 года.

Он родился 5 мая 1953 года в Турции, где его отец-строитель возводил плотину. Впрочем, образование будущий глава Mercedes получал в Германии, где к 1976 году закончил университет в Карлсруэ. В том же 76-м пришел в Daimler-Benz, став сотрудником исследовательского отдела. Через пять лет он становится помощником главного инженера департамента коммерческой техники, в 1982-м заканчивает докторантуру университета города Падерборн, а в 1989-м занимает должность руководителя Mercedes-Benz Argentina.

К тому моменту, когда в 1995-м году Daimler-Benz объявил о неслыханных убытках в размере $3 млрд., Цетше успел поруководить Freightliner Corp. (североамериканское «грузовое» отделение Daimler) и 3 года отработать главным инженером в отделе разработок департамента легковых автомобилей Mercedes-Benz AG. «Радостные» вести о миллиардных потерях в 95-м он делил со своими новыми коллегами из руководства департамента продаж.

Позже о нем будут говорить как о человеке, обладающем уникальным даром мотивированно вести людей за собой; на него будут возлагать надежды по выводу штуттгартской марки из лабиринта, в который Daimler AG попадет в конце 90-х… А тогда доктор Цетше только приближался к вершинам автомобилестроения - одной из формообразующих отраслей экономики Германии.

Итак, Дитер Цетше входит в число топ-менеджеров, отвечающих за продажи. За окном - 1995-й год, на который пришелся эпохальный для Mercedes дебют E-Klasse в кузове W210, ставшего всемирно известным (речь – о том самом «глазастом»). Тогда казалось, что автомобилисты сходят с ума: шквал критики от сторонников классического дизайна - и задыхающаяся от восторгов публика, севшая в «Mercedes новой эпохи». Но противоположность мнений не влияла на главный показатель: результаты продаж говорили о том, что в Штуттгарте создали бестселлер. Сдвоенные глаза-фары, появившиеся на дорогах Европы, Америки, Японии были лучшей рекламой для немецкой марки – и словно высматривали новых покупателей, помогая день за днем улучшать положение одного из крупнейших немецких концернов.

Только Богу – и самому Цетше – известно, скольких нервных клеток и бессонных ночей стоил ему случившийся в 1997 году скандал с Mercedes A-Klasse первого поколения, который (Mercedes, разумеется) шведские журналисты перевернули на тест-драйве в ходе выполнения маневра «переставка». Впрочем, тогда все 2600 автомобилей, проданных к моменту проведения теста, были оперативно отозваны для бесплатной доработки ходовой части.

Сложно сказать, сколько бы в прессе перемывали кости Mercedes из-за этого инцидента, не случись в самом конце XX-го века событие, потрясшее мир ничуть не меньше азиатского кризиса 90-х годов.

Глобализация сыграла с руководством Daimler-Benz злую шутку: в Штутгарте задумались о создании концерна общемирового масштаба.

Это сейчас легко говорить о том, что альянс Daimler-Benz и Chrysler Corp. - третьего по величине автопроизводителя Америки – был ошибкой с самого начала.
А в мае 98-го, когда было объявлено о слиянии этих автомобильных гигантов, финансисты, банкиры, аналитики, рядовые автовладельцы – словом, все, кто хоть что-то понимал в автомобильном рынке, замерли в восхищенном изумлении.

Заинтересованность компаний была взаимной: Daimler-Benz получал доступ на крупнейший в мире американский рынок, а Chrysler открывал для себя технические наработки немцев, что для американской компании было равносильно доступу к сокровищнице. По объему продаж новый концерн становился 5-м среди крупнейших мировых автопроизводителей, а в сегменте внедорожной техники DaimlerChrysler становился попросту недосягаем. Легендарные G-Klasse, Wrangler, Cherokee, Grand Cherokee – все они оказывались в перечне авто, производимых немецко-американским колоссом.

Итогом всего должна была стать объединенная дилерская сеть, в которой продавались бы
легковые автомобили Mercedes-Benz, Smart, Chrysler, Dodge, Jeep, а в грузовом секторе рынка честь концерна отстаивала бы мало-, средне- и крупнотоннажная техника Mercedes-Benz и Freightliner.

Немецкие технологии плюс перспективы «американских» объемов продаж – таков был готовый, казалось бы, рецепт успеха.

Сделка оценивалась в $35 млрд…

И все же в успех транснационального сотрудничества верили далеко не все. Прежде всего, среди сомневающихся значилось несколько знатоков автомобильного рынка, один из которых на заседании акционеров DaimlerChrysler так и сказал: приобретение Chrysler – это покупка лавки с рухлядью за сумасшедшие деньги.

Но Юрген Шремпп (предшественник Дитера Цетше на посту главы немецко-американского альянса) был непоколебим: немецкая сторона получила 57% акций промышленного объединения; обмен технологиями и методами управленческой деятельности, доступ на крупнейший в мире рынок – все это только лишь наиболее заметные из тех преимуществ, которыми обладает немецко-американский автогигант.

Если учесть опыт работы Дитера Цетше, неудивительно, что едва на Мерседесштрассе появились таблички «DaimlerChrysler», как г-н Цетше уже был членом правления концерна. И кто мог тогда предположить, что урок, который преподаст история в следующие несколько лет, будет стоить почти 30 миллиардов долларов.

Торговать акциями альянса начали в ноябре 98-го, а уже через год, когда пришло время подводить итоги уходящего 99-го, скептически настроенных аналитиков и экспертов не попрекал только ленивый: продано на 7% больше автомобилей (4,8 млн. шт.); оборот концерна увеличился по сравнению с 1998 годом на 12% и составил 148 миллиардов евро; чистая прибыль до вычета налогов составила 10,5 млрд. евро… Такие итоги года естественно привели к росту цен на акции DaimlerChrysler на Франкфуртской бирже.

А вот дальше дела пошли хуже. Значительно хуже!

Жесточайший экономический кризис, который сегодня переживает весь мир, американские автопроизводители почувствовали в самом начале нового века: объемы продаж автомобилей стали неумолимо сокращаться. А за сокращением продаж Chrysler в Америке мгновенно последовало падение курса акций. Если в декабре 99-го ценные бумаги DaimlerChrysler оценивались в 74,90 евро за акцию, то в ноябре 2000-го стоимость упала до 50,8 евро.

Вот так неожиданно перед юным и еще недавно таким перспективным объединением замаячила «проблема 2000»: в Старом Свете полным ходом шли продажи новейшего высокотехнологичного S-Klasse (в кузове W220), буквально с первого дня продаж ставшего лидером своего сегмента; «глазастый» E-Klasse только что прошел через операцию по «омоложению», а глава альянса Юрген Шремпп вынужден был признать, что американское подразделение совершенно однозначно требовало серьезных вложений - и 2000-й год компания завершит, не выполнив первоначальный план по прибыли. Постепенно, зарабатывая деньги для американского подразделения, немецкая сторона втянулась в своеобразную «гонку с тенью».

Тогда, в 2000-м, глава DaimlerChrysler Юрген Шремпп – да и весь совет директоров – все еще был уверен в том, что в 2001 году ситуацию удастся стабилизировать, 2002 год Chrysler закончит без убытков, а в 2003 году получит прибыль.

Спасать Chrysler отправили наиболее опытных и подготовленных. Возглавил группу менеджеров, прибывших в США, Дитер Цетше, которому Шремпп в 2000 году предложил стать президентом Chrysler Group.

Продолжение следует

Комментариев нет:

Отправить комментарий